Последний выживший самурай

После реставрации Мэйдзи мир Сюдзиро Саги рухнул. Он был самураем, а стал никем. Катану пришлось спрятать подальше, но смерть засунуть в чулан не вышло. Сначала холера забрала дочь — он держал её за руку в переполненной больнице, где не хватало коек. Теперь тот же кашель душит жену, а в кармане пусто, и деревенские старейшины только разводят руками. И тут, как насмешка судьбы, подворачивается турнир. Нелегальный, грязный, но с призовым фондом, от которого у любого заблестят глаза. Сто тысяч иен. Для Саги это не деньги, а билет в жизнь для жены и соседей.

В условленный день он приходит в храм в Киото. Внутри — почти три сотни мужиков. Беглые самураи, крестьяне с топорами, отставные солдаты, просто бандиты. Пахнет сыростью и страхом. Организатор — юркий тип без возраста — объясняет правила. Никаких рингов, никаких секундантов. Вы должны добраться до Токио. По пути вам можно всё, кроме одного — повернуть назад. Выхода нет. Тот, кто попытается сбежать, будет убит. Тот, кто остановится, будет убит. Дойдёт лишь один. Сага слушает и чувствует, как что-то внутри закручивается в тугой узел. Не совесть — он её давно притушил. Просто расчёт, холодный и острый, как лезвие, которое он прячет за поясом.

Когда ворота распахиваются и все бросаются вперёд, начинается резня. Он движется не спеша, экономя силы, помня каждую уловку, которой учил его старый наставник ещё до того, как самураев объявили пережитком. Удары из темноты, драки на мостах, предательства случайных попутчиков. Сага не герой. Он просто человек, который когда-то дал слово жене выжить. И теперь это слово держит его на ногах крепче любых доспехов. Но чем ближе он подходит к финишу, тем чаще ловит себя на мысли: а что будет, когда он доберётся? Сможет ли он после всего этого просто вернуться домой и жить дальше? Ведь турнир, который начался как способ спасти одну жизнь, медленно превращается в бойню, стирающую последние куски его собственной души.